В городе Сочи темные ночи.

В центре Сочи плавает крокодил и как он туда попал и чем питается неизвестно.
На качестве медицинских услуг влияние крокодила не сказывается. Услуги по-прежнему качественные. Бегемот уже не ругается по грузински и перешел на нашу отечественную еду.
Смерть Примакова вызвала взрыв энтузиазма у местных пингвинов.
Будут баллотироваться в президенты.
Уровень воды в местных реках достиг мирового уровня. Вода красивая, желтая. Можно купаться. Крокодил обещал, что девушек не тронет. С женщинами будет работать отдельно.
Туризм в Cочи так возрос, что его видели и в Адлере. Улетал с местного аэродрома. Если улетит и подзалетит, мы вам сообщим.
Начали менять турецкую лиру и украинский фунтик. Рубль никто не берет. Плавает у берегов Сочи и загорает.
Дефолт скоро грянет, мало ему не покажется. Из местного сумасшедшего дома сбежало уже большинство туристов. Ждем следующего заезда.

Монастырская бухта.

Монастырская бухта. Сколько монастырского. Монахи, косяком и в одиночку. Активно и уверенно осваивают. Нас, туристов, здесь нет. Оне здесь главные. Судя по тому, что кое где нагадили и, играя в большое начальство, кое в чем уже заигрались. Оне тут точно главные. Ну всё лучше, чем самовары. Только, вспоминая незабвенного Шмелева, вспоминая надежды наши, молитвы наши неопытные. Ах, опять на те же самые грабли.

Но не будем, не будем. Вот младой мних сходит с палубы. Расчесал браду свою юную. Он себе нравится.

Прибыли овощи и фрукты. Персики и помидоры. Свежим персиком вдарим по Святой Руси. Не введи в искушение. Сохрани и спаси. Может это для очередного президента?

Хорошо обустроена набережная. Дренаж и каменная плитка. Зелень, почти Сочи. Позолота, кое где. Собор в хроническом нескончаемом ремонте. Но огороды, огороды уже действуют. Нашим святым нужны свежие овощи. Вот целой группой. У старшего борода с красивой сединой. Умное лицо. Да, да, среди них есть умные. Впрочем и были. И не надейтесь, будут. Верить в Бога, это не просто, тут надо с умом.

Боже, сколько нас, туристов! Поменее бы нас. Конвейер. Мода на русскую старину, мода на водные виды отдыха, мода на отдых в местах приближенных к святости.

Как давно все было. Валаам Шмелева. Игумен Гавриил. Пастилки тебе хочется, деточка? Изюмчика. Да с изюмчиком и пастилкой соблазн, искушение на остров вползут и многие души погубят. Наивные крестьяне, что они понимали. МЫ, особи с одиннадцатилетним образованием, с образованием высшим и средним, очччень средним, мы о соблазне очень хорошо понимаем, не боимся мы его, пусть он нас боится. Покупаем сувениры, сколько их, сувениров, как они блестят сувениры, какие красивые, уверенные в себе монахи ходят по этой горестной земле. И ничего, ну ничегошеньки не боятся. Приятно. Аж жуть.

А я все-таки иконку купил. Подобрал камешек, настоящий Валаамский гранит. Подделки преследуются законом. Растет на берегу орех, успеет ли поспеть? Коротко лето на Валааме. Как блестит вода, сияет лес, синева небес. Метеор несется не то в Сортавалу, но все же послушно доставляет нас к месту высадки. Два каких-то ряженых финна болтают впереди. Подумаешь. Свою Элисенваару не отдадим врагу. Объявим Финляндии войну и сдадимся в плен.